— Все, мистер Поттер! Вы совершенно здоровы, и мы не смеем больше вас задерживать.

Главный колдомедик Сметвик старательно отводит глаза, когда говорит мне эту фразу. Видимо, долго тренировался перед зеркалом, прежде чем попросить меня выметаться вон и из больницы, и из магического мира.

— Ничего себе «здоров»! — все-таки не выдерживаю я. — Я же совсем не способен колдовать!

— Колдомедицина здесь бессильна, — разводит руками целитель. — Сами понимаете: повторная Авада, магическое истощение во время битвы с Тем-Кого... с Волдемортом!

«Великолепно! Я сделал так, что теперь они могут свободно произносить имя Темного Лорда, не дрожать от страха по ночам за жизни своих близких, я принес им мир, а они вот так запросто выгоняют меня к магглам! Причем если бы только меня одного!»

— Не беспокойся, Гарри! — в кабинет размашистым шагом входит Кингсли Шеклболт. Министр магии собственной персоной явился лично попрощаться с Героем магической Британии, цена которому нынче — меньше ломаного кната. — Министерство магии выделило вам ежемесячную пенсию. Не Мерлин знает что, но на первых порах хватит. Кроме того, я распорядился подготовить вам с мистером Снейпом все официальные бумаги, паспорта, дипломы. У него — об окончании Университета Гринвича (1), у тебя — справка о неполном среднем образовании. Договорился о местах работы — со следующего понедельника вас обоих уже ждут на службе.

С первой страницы и начало бомбить. Почему Гарри не могли сделать справку о нормальном образовании? Допускаю, что он мало знает о магловском мире (э-э... ну ладно), но мало ли студентов, которые выходят из универов с пустыми головами? Дайте книг, пусть подучится слегка, и пойдет, например, сидеть на телефоне. Но раскладывать товары в магазине на полставки? Серьезно?


Блэк-хаус для тебя недоступен, Гарри. Старая Вальбурга сделала так, что наследником — и дома, и сейфа в Гринготтсе — может стать исключительно волшебник. Сириус не обратил внимания на этот пункт, завещая тебе все свое имущество. Он даже предположить не мог, что ты когда-нибудь лишишься магии... А теперь... Теперь Блэк-хаус просто не покажется тебе. Что же касается денег... — он расстроенно чешет в затылке, — гоблины, эти маленькие засранцы, слишком буквально придерживаются завещания. Они утверждают, что раз ты сквиб, то доступ в фамильный сейф Блэков тебе пока закрыт. После грандиозного скандала они согласились выплатить тебе скромное пособие из денег Поттеров. Вот, — он вытаскивает из кармана тоненькую пачку банкнот, — я уже поменял на фунты. Большего выбить из них не вышло, извини.

Какого хуя? Бог с ней, с Вальпургой - почему он не имеет доступа к своим деньгам? К деньгам Поттеров? На каком основании гоблины могут это сделать? Не найдет банк? Ну так поручителя пришлет. скромное пособие из денег Поттеров а за махинации они сесть не боятся?


Так что ему, как и тебе, некуда идти. После войны у Министерства образовалась настоящая бюджетная дыра. Восстановление полуразрушенного Хогвартса, выплата пособий пострадавшим и родственникам погибших от рук Пожирателей, наконец, содержание последователей Волдеморта в Азкабане... Все это потребовало огромных средств. У нас просто нет денег выделить вам две отдельные квартиры. К тому же, как я уже объяснял, вы сможете помогать друг другу.

Да. И нельзя ни в коем случае сказать людям: вот тут у нас есть герои войны, две штуки, дайте им работу, которая по силам. И никто из магов, благодарных за спасение, не сможет подыскать Поттеру что-то более приличное, чем раскладывать товары в магазине (боже, как я это ненавижу, не работу, а вот это в тексте). У них же нет смешанных семей магов-маглов, где маглы - какие-нибудь высокие начальники, и Поттер не может пойти к ним, например, секретарем.

Дальше мы зачем-то читаем о том же самом от лица Снейпа.

А еще дальше перед нами предстает взрослый человек Снейп.

Затем он стремительно поворачивается и исчезает в своей комнате, с грохотом захлопывая дверь.

«И где он научился так вкусно готовить?» — спрашиваю я самого себя, пока мы в гробовом молчании поглощаем состряпанный им из нехитрых продуктов обед. Интересно, если я задам этот вопрос Снейпу, он сразу швырнет мне в голову тарелку или все же сначала позволит доесть?


- Где вы научились так вкусно готовить? - вежливо спрашивает Гарри, на что Снейп швыряет ему в голову тарелку.
Блядь, пиздец.

И еще мы имеем кучу сносок внизу длиной в сам текст, которые непонятно зачем поясняют элементарные вещи. Карри? Кто не знает, что такое карри? Или Дейли телеграф? Ладно, допустим, не знают, ок.

Уизли потрясающие ребята!

Джинни потеряна для меня навсегда после той безобразной истерики, что я закатил ей в Мунго. Я сам, своими руками, толкнул ее в объятия Дина Томаса. Разумеется, я был «немного» взвинчен в момент ее прихода: накануне колдомедики сообщили о том, что магия вряд ли когда-либо ко мне вернется. А Джинни... Она лишь хотела сказать мне искренние слова утешения. А получилось, что я грубо наорал на нее.

— Мне не нужна ваша жалость! — кричал я, еле сдерживая слезы. В то мгновение я жаждал остаться в одиночестве. Меня измотали эти бесконечные визиты: светившаяся от счастья Гермиона, забежавшая на пять минут попрощаться перед своим отбытием в Болгарию к Виктору Краму; Рон, подавленный потерей невесты; семейство Уизли, неподдельно огорченные тем, что со мной произошло. А на закуску еще и Джинни с ее глупым оптимизмом и легкомысленным: «Все непременно обойдется, Гарри! Ты и из более тяжелых ситуаций выходил победителем».

Джинни настолько тупа, что не может пережить истерику человека, который только что потерял смысл своего существования. Настолько тупа, что не может переждать и сразу бросается в объятья Дина Томаса.
Тут картинка с медведем и надписью: Шлюха!!!

Я помню, как закаменело лицо Джинни, когда я крикнул ей:

— Уходи! Оставь меня! Я не желаю тебя больше видеть!
И она ушла в закат.

«Думаю, ты прав, Гарри! Я поразмыслила над твоими словами и поняла, что не смогу жить с человеком, не владеющим магией. Да и тебе будет больно рядом со мной... Нам необходимо расстаться. Прости».
Ага, мы верим. Лучше б ее убили, было бы правдоподобнее.

Снейп — уже идеально выбритый и одетый совершенно по-маггловски — наскоро выпивает чашку обжигающего кофе и, бросив мне ледяное: «Увидимся вечером», — исчезает из квартиры.
Идеально выбритый, обжигающий кофе, ледяное прощание... Блядь. Главное - обжигающий кофе, без этого образ крутого чувака никак не сложился бы

В мои обязанности входит наклеивать ценники на товары и проверять срок их годности.

— Мой муж придерживается позиции, что трудных подростков необходимо интегрировать в общество, — с гордостью говорит миссис Малик.

Министр поддерживается позиции, что национальных героев необходимо выставить трудными подростками.

Мэри — глухонемая от рождения. Очень ответственная девушка, прекрасно справляется с работой. Омар, — она указывает на радостно улыбнувшегося мне паренька со шваброй в руках, — у него синдром Дауна.

А теперь и вы, мистер Поттер. Очевидно, просто тупой.

Мне кажется, что она смотрит на меня с сожалением. Невзирая на внешние различия, она напоминает мне Молли Уизли
Вот это самое потрясающее в тексте. Где Молли? Где мистер Уизли? Позиции Рона и Гермионы охуенны дважды.

И, кстати, о Роне! В один из воскресных дней раздается стук в дверь, и на пороге стоит он. Мой лучший друг.

— Откуда ты... — я не успеваю договорить и оказываюсь в его крепких объятиях.

— Кингсли дал мне твой адрес. Не сразу, правда. Сказал, что тебе нужно время, чтобы привыкнуть к новой жизни. Как ты вообще?

— Нормально, — я так рад его приходу, что мне совершенно не хочется ныть и жаловаться на судьбу и мерзопакостного соседа. Я утягиваю его на кухню, ставлю на плиту чайник и достаю нож, намереваясь отрезать нам по куску покупного кекса, но Уизли опережает меня, выкладывая на стол потрясающие сладкие пирожки его матери. Как же я по ним соскучился! — Работаю в супермаркете. Здесь недалеко. Ко мне там отлично относятся.

— А как у тебя со... Снейпом? — осторожно интересуется Рон.

Вот помяни черта! Мой носатый Цербер тут же возникает на кухне.

— Мистер Уизли, — ледяным тоном цедит он, — чем обязаны?

— Пришел проверить, как живет мой друг, — с вызовом отвечает Рон. — А что, нельзя?

— Через два месяца? Долго же вы собирались с духом! Или стесняетесь приятеля-сквиба?

— Да что вы такое говорите?! — возмущается Уизли, и по его вмиг заалевшим ушам я понимаю: Снейп прав. Рон не хотел приходить сюда. За несколько месяцев, прошедших с моей выписки из Мунго, я не получил от него ни единого письма. Даже Гермиона раз в две-три недели присылает мне открытку из Болгарии (ей почему-то разузнать мой адрес не составило особого труда), хотя, возможно, скоро прекратится и это. В последнем послании она с радостью сообщила мне, что ждет ребенка. А Рона, вероятно, просто загрызла совесть. Мое праздничное настроение от встречи с ним тут же улетучивается. Вот как Снейп умеет все извратить и испортить?!

В общем, Гермиона свалила в Болгарию и забыла о существовании Гарри. Сначала были открытки, потом, чуть дальше по тексту, она даже не поздравила его с днем рождения. Блядь что? Она знает, что Гарри плохо - эта та Гермиона, которая под Круцио сидела и бегала за Гарри по лесам? Точно та? Она - жена по тексту Виктора Крама, человека явно не бедного, что мешает помочь Гарри деньгами? Виктор зажал? Что-то мне сомнительно, что Гермиона стала бы жить с таким Виктором.
Итак, Рон - самый прекрасный персонаж. Суть в том, что он теперь стесняется Гарри и два месяца не мог к нему прийти. Потом пришел, покраснел пару раз - и свалил из жизни Гарри окончательно.
Ладно, допустим. Рон стесняется дружить со сквиббом (блячто), но где мистер Уизли? Тот самый, что возится у себя с маггловскими штуками? А где миссис Уизли, которая относилась к Гарри как к сыну? В Норе место кончилось? Не нашлось кровати для бедного родственника (особенно учитывая, что Фред умер), поэтому Молли спокойно отпустила его жить со Снейпом? Или она не знала?
- Ой, а где Гарри? - спросила Молли за обедом. - Что-то его не видно уже несколько месяцев!
- Не знаю, - сказал Артур.
- А, ну ладно, хуй с ним.

Далее:
Мухаммед достает из кармана пачку сигарет и протягивает мне.
— Будешь?
Я мстительно представляю себе набитую окурками пепельницу на нашей кухне и раздраженное подергивание крыльев чуткого к запахам носа Снейпа.
— Спасибо, давайте!
Курить мне не нравится. Я закашливаюсь. Дым обжигает легкие, дерет горло, но я мужественно перебарываю себя. Снейп наверняка придет в бешенство, а это стоит любых неприятных ощущений. Мерлин, ну почему рядом с ним я веду себя как озлобленный подросток?!


— И давно вы курите, Поттер? — злобный взгляд скользит по моему лицу, которое тут же принимает самое наглое и вызывающее выражение, на какое я только способен. И это невзирая на то, что меня просто тошнит от дыма.
— Я обязан давать вам отчет? Вы — такой же жилец здесь, как и я.
— Безусловно! И именно поэтому впредь курить будете исключительно в своей комнате.

"Курить у себя в комнате" в маленькой квартире "чувствительному к запахам" человеку не поможет. Курево воняет даже в подъезде.

— Да?! — я закидываю ногу на ногу и демонстративно стряхиваю пепел прямо на пол. Весьма кстати на этой неделе его очередь мыть квартиру. — И кто же запретит мне делать это там, где мне захочется?
— Я! — он смотрит на кучку пепла на полу, затем усмехается, одним молниеносным движением сгребает со стола пачку и вышвыривает ее в окно.

Через неделю мне представляется шанс поквитаться со Снейпом за сигареты.
— Я же просил вас купить нормальное цельное молоко, а не эту обезжиренную бурду! — он, сузив глаза, смотрит на стоящую на столе бутылку с «неправильным» продуктом. — Неужели вы не в состоянии различить цифры или справиться с простейшим заданием?!
Вместо ответа я беру злосчастную бутылку в руки, подхожу к раковине и, глядя ему прямо в глаза, нарочито медленно выливаю в нее молоко. Хлопья придется теперь есть всухомятку, зато у Снейпа делается такое выражение лица, что я бы отдал за то, чтобы повторить свое немыслимое хулиганство, все свои будущие завтраки.

Между нами начинается необъявленная война не на жизнь, а на смерть за вытеснение противника с территории квартиры. Снейп, отвечающий за все счета, «забывает» вовремя оплатить кабельное телевидение, и благодаря ему я весь уикенд тупо пялюсь в погасший экран.
— Вы бы хоть книжку почитали, Поттер, — издевается он надо мной. — А вдруг все же сумеете повысить свой умственный коэффициент? Или вы не помните, как это делается?
— От ваших фармакологических журналов я, скорее, превращусь в бездушное, лишенное эмоций чудовище, — парирую я, с грохотом захлопывая дверь в свою комнату.
В отместку за «досадный промах со счетом» перед его возвращением с работы я кладу на кухонный стол пару грязных носков, в которых проходил целый день. А потом с невозмутимым видом сижу в гостиной и слушаю, как Снейп чертыхается сквозь стиснутые зубы. Его чувствительность к запахам прямо-таки трогательна. Мне непреодолимо хочется повторить фокус с вонючими носками, а так как развлечений сейчас у меня немного, то я с удовольствием проделываю этот трюк снова и снова, похоже, намертво отбивая у Снейпа охоту ужинать дома.
Правда, я не учитываю, насколько изощренной может быть месть бывшего декана Слизерина.
В один прекрасный вечер я остаюсь вовсе без носков, а также постельного белья и единственного (пока) полотенца. На мой вопрос: «Куда подевались все вещи?» — Снейп, не поднимая глаз от своего мордредова чтива, ледяным тоном сообщает, что, кажется, забыл их в общественной прачечной. Недалеко от своей работы, на другом конце Лондона. Я реагирую на этот грабеж практически немедленно и высыпаю в мусорное ведро весь запас кофе, без которого он совсем не способен функционировать.

Это любовь.
Это два взрослых человека! Грязные носки на стол, серьезно?
Его чувствительность к запахам? Сраные носки на столе - это не только запах! Да и его чувствительность померкла в обкуренной квартире.

Да, теперь про любовь. Копировать не буду.
Итак, они воюют, не испытывая друг к другу никаких чувств, и тут Снейп заболевает. Болеет пару дней, выныривает из болячки - они уже влюблены.
Почему? Как? С какого хуя вообще? Потому что Снейп потерял сознание? Почему?!

Гарри, который дома у Дурслей готовил еду, вдруг оказывается совершенно беспомощным и не умеет ни зажечь плиту, ни сварить бульон. Может быть, он и правда даун, и ему дали правильные документы?

Дальше мы опять зачем-то читаем о том же самом со стороны Снейпа.

— Я... не хочу... в больницу... Мне... нужно... приглядывать... за мальчишкой... — перед глазами все плывет, и, чтобы снова не потерять сознание, я пытаюсь сфокусироваться на Гарри.
А то он спалит квартиру за пару дней, ему же только... а сколько ему? Ну, видимо, 18. Необходим круглосуточный присмотр, конечно, хоть помри.

Автор говнофиков (из-за регулярно встречающегося в ее фиках изнасилованного одноногого песика Снейпа прозванная "изнасявка") и бета с цифровым ником (цифра) объединились в писательский тандем. Для продвижения своего творчества на ПФ они насоздавали ботов и стали с их акккаунтов себя рекать. Причем боты были абсолютно беспалевные, с почтами, у которых в названии были имена и фамилии этих авторов. Общественность возмутилась. Изнасявка выдала версию: это не боты, а родственники, у них, мол, "большая толерантная семья" (с). Поэтому, собственно, их и зовут бтс. Их довольно активно защищали, одна из защитниц (ник со словом белка) выдала вторую ушедшую в народ фразу - назвала их гонителей "суки рваные".
В результате кто-то из анонов подобрал пароль к аккаунту цифры и выложил в открытый доступ избранные места из переписки авторского тандема. Там было и как они договариваются зарегистрировать ботов для накрутки, и как они поливают грязью кучу разных юзеров, в том числе многих из своих защитников. Защитников у соавторов резко поубавилось. Цифра анально огородилась и заявила, что слегла с сердечным приступом.
В итоге, кончилось ничем. Бтс пишут как писали. Фики их по уровню как тот, что начали разбирать, а чаще намного хуже. Рекают их одни и те же юзеры. Обсуждать их творчество на АГ не принято, потому что мараться не охота.